В предпринимательской деятельности нередко возникают ситуации, при которых лицо вместо планируемой прибыли терпит убытки, вызванные неисполнением либо ненадлежащем исполнением контрагентом своих обязательств по договору либо в результате вреда.

В настоящее время дела о взыскании убытков, особенно, если речь идет об упущенной выгоде, относятся к категории наиболее сложных дел, к которым судебной практикой предъявляются высокие требования в части доказывания фактов и обстоятельств. Такие дела можно назвать фактологическими, так как их рассмотрение судом основано исключительно на фактах[1].

Взыскание убытков представляет собой довольно сложный процесс и требует достаточно объемной работы по сбору необходимых документов, доказыванию незаконности действий должника и причинно-следственной связи между его действиями и причиненными убытками[2], а также по определению размера реальных убытков и упущенной выгоды. При этом об определении размера упущенной выгоды следует говорить отдельно, т.к. ее размер носит сугубо субъективный характер и по-разному может быть оценен.

Иски о взыскании убытков, особенно упущенной выгоды, удовлетворяются довольно редко, тем не менее, попытки взыскания все же активно предпринимаются. Однако, только при тщательной подготовке и ответственном подходе все же возможно достичь желаемого результата и взыскать убытки.

В спорах о возмещении потерь бремя доказывания лежит на взыскателе. Поэтому основной и главной задачей взыскателя, во многом предрешающей исход дела, является сбор доказательств. Работа по сбору доказательств должна начинаться еще задолго до обращения в суд, уже на стадии возникновения убытков.

  

1. Элементы гражданского правонарушения, подлежащие доказыванию по делам о взыскании убытков.

Как следует из законодательства и судебной практики, для взыскания убытков необходимо доказать сам факт нарушения (договорных или внедоговорных обязательств), наличие у истца негативных имущественных последствий нарушения, причинно-следственную связь между этими последствиями и нарушением, виновность нарушителя. В отношении последнего элемента важно помнить о том, что в гражданском праве действует презумпция виновности нарушителя: должник, нарушивший обязательство, считается виновным, если не докажет иное (ст. 401 ГК РФ)[3].

В качестве примера, где истцом успешно доказаны все элементы  гражданского правонарушения для взыскания убытков, можно привести дело из практики юридической компании «Аспект».

Индивидуальный предприниматель обратился в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к собственнику крупного торгового центра о взыскании убытков в виде реального ущерба, причиненного в результате затопления арендуемого им торгового помещения под магазин, и упущенной выгоды (А70-4957/2012).

Исковые требования мотивированы тем, что убытки возникли в связи с затоплением арендуемого помещения, произошедшего по вине собственника торгового центра, который запроектировал и построил канализационные сети над торговыми помещениями, что недопустимо по СНиПам и ГОСТам.

Суд кассационной инстанции подтвердил обоснованность вывода судов первой апелляционной инстанций об удовлетворении требования предпринимателя о взыскании понесенного реального ущерба, размер которого подтвержден экспертным заключением.

В данном деле вина ответчика и причинно-следственная связь установлена и подтверждена тем, что ущерб возник вследствие неправильного расположения системы канализации и ненадлежащего содержания ответчиком систем канализации, что является его прямой обязанностью как собственника помещения. Важным явилось и то, что предприниматель при порыве канализационной системы совершил своевременные действия, направленные на фиксацию факта аварии с извещением об этом собственника. 

Таким образом, положительный результат дела напрямую связан с тем, что истец доказал всю совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам о взыскании убытков в виде реального ущерба.

 

 2. Вина взыскателя в возникновении или увеличении убытков.

На практике часто встречаются случаи, когда, несмотря на установление судом всей совокупность обстоятельств, необходимых и достаточных для удовлетворения требований, убытки все же взыскивается не в полном объеме.

Недоказанность отсутствия вины самого взыскателя в возникших у него убытках приводит к применению судом ст. 404 ГК РФ (договорные отношения) или ст. 1083 ГК РФ (в случае, если вред причиннн не из договорных правоотношений) и уменьшению размера причиненных убытков, как бы разделяя ответственность за убытки между причинителем и взыскателем.

Весьма интересным примером взыскания убытков с применением ст. 1083 ГК РФ  может служить следующее дело из практики ЮК «Аспект» (А70-6180/2015).

В результате принятия Администрацией незаконного решения об отказе во внесении изменений в разрешение на строительство последовала задержка ввода построенных объектов (жилых домов) в эксплуатацию. Тем самым застройщику причинены убытки, состоящие из денежных средств, взысканных участниками долевого строительства с истца в судебном порядке (по судебным актам судов общей юрисдикции) в связи с задержкой ввода объектов в эксплуатацию в размере более 10 млн. рублей; убытки в виде расходов по содержанию построенных домов до ввода их в эксплуатацию и передачи дольщикам, в сумме более 4 млн. рублей. Также застройщик просил взыскать упущенную выгоду, которую оценил в 50 млн. рублей.

В данном деле ключевым обстоятельством, подлежащим доказыванию помимо размера понесенных истцом убытков, послужил вопрос о разумности и добросовестности действий самого истца.

Судами верно установлено, что незаконность действий ответчика подтверждена судебным актом, а причинно-следственная связь между действиями ответчика и допущенной просрочкой ввода объектов в эксплуатацию доказана.

Однако, суды пришли к выводу о том, что принятие ответчиком незаконного решения явилось неединственным обстоятельством, повлекшим негативные имущественные последствия для застройщика, и установили наличие вины самого потерпевшего в наступлении убытков, применив ст. 1083 ГК РФ и распределив убытки между причинителем и взыскателем в соотношении 50% на 50%.

Суд посчитал, что у истца отсутствовали препятствия для своевременного получения нового градостроительного плана и обращения с заявлением о внесении изменений в разрешение на строительство гораздо раньше, что привело бы к снижению убытков, возникших в связи с несвоевременным вводом  домов в эксплуатацию.

Из данного дела можно сделать вывод о том, что для взыскания убытков необходимо также доказать, что взыскатель не содействовал увеличению убытков и принял все возможные меры к уменьшению их размера.

 

3. Фактическая возможность получения дохода как дополнительный элемент, подлежащий доказыванию при взыскании упущенной выгоды.

При взыскании упущенной выгоды в силу п. 4 ст. 393 ГК РФ учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Иными словами, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду – доходы.

При таких обстоятельствах истец должен доказать, что располагал реальными условиями для получения доходов, т.е. предпринял конкретные меры для получения выгоды, сделал приготовления (заключил договоры, обеспечил поставку продукции, внес предоплату и т.д.) и не смог ее получить именно в результате недобросовестных действий ответчика.

Взыскание упущенной выгоды в ранее приведенном деле застройщика не состоялось, в том числе по причине недоказанности приготовления застройщика к получению прибыли в размере 50 млн. руб. По мнению судов, следствием падения спроса и продаж на квартиры в объектах застройщика явился финансовый кризис, а не задержка ввода объектов в эксплуатацию.

Другой пример участия специалистов ЮК«Аспект» во взыскании упущенной выгоды принес положительный результат (А27-14637/2015).

Требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды основано на том, что в результате транспортного происшествия, вследствие виновных действий ответчика, повреждено переданное истцом в субаренду имущество. Убытки истца заключаются в отсутствии возможности получения субарендных платежей за переданное ответчику в пользование имущество. Причинно-следственная связь между действиями ответчика и причиненными убытками подтверждается техническим заключением.

Ответчик иск оспорил, сославшись на отсутствие оснований для удовлетворения иска ввиду прекращения действия договора, вследствие утраты (уничтожения) арендуемого имущества, недоказанности обстоятельств возникновения у истца убытков в виде упущенной выгоды.

Суды трех инстанций при повторном рассмотрении дела после отмены отрицательного решения кассационной инстанцией установили, что невозможность эксплуатации объекта по вине ответчика не является основанием для невыплаты ответчиком субарендной платы в период действия договора.

Суд квалифицировал данные платежи как неполученную прибыль и постановил взыскать с ответчика упущенную выгоду в виде неполученных субарендных платежей за имущество, поврежденное по вине ответчика. Также было учтено, что у истца имеются обязательства, подтвержденные судебными актами, по уплате арендных платежей собственнику имущества – арендодателю и, исходя из этого у субарендатора – обязанность по возмещению арендатору не полученного им дохода и понесенных расходов.

В данном деле, взыскивая упущенную выгоду, суды однозначно установили реальность приготовлений истца, т.к.  между сторонами уже заключен договор субаренды и оснований для неполучения субарендных платежей по иным причинам, кроме как гибель имущества, - не имеется. Таким образом, ответчик не доказал объективных препятствий для получения выгоды истцом при реализации приготовлений.

 

4. Проблемы доказывания размера  суммы упущенной выгоды.

Размер упущенной выгоды равен величине, на которую могло бы увеличиться, но не увеличилось имущество потерпевшего.

Ключевым моментом в доказывании размера упущенной выгоды безусловно является то, что размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определятся с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено. 

При этом необходимо подтверждение будущих доходов и их предполагаемого размера обоснованным расчетом и доказательствами. Ничем не подтвержденные расчеты взыскателя о предполагаемых доходах, как правило, не принимаются судами во внимание.

Заявляя о взыскании упущенной выгоды, истец должен представить обоснованный расчет с учетом понесенных и предполагаемых затрат (наценки, потенциальные расходы и т.д.).

Если истец проигнорирует данное положение и рассчитает упущенную выгоду без учета разумных затрат (т.е. не вычтет из возможной прибыли суммы потенциальных расходов или расходов, которые он должен был бы понести), в удовлетворении иска о взыскании упущенной выгоды, скорей всего, будет отказано в связи с недоказанностью размера убытков либо размер убытков будет значительно снижен судом.

В ранее упомянутом деле о взыскании предпринимателем помимо реального ущерба упущенной выгоды (А70- А70-4957/2012), суд на основании судебной экспертизы по определению размера упущенной выгоды существенно снизил его.

Таким образом, важным является доказать не только реальность приготовлений к получению прибыли, но и размер упущенной выгоды, его обоснование и документальное подтверждение, что чаще всего основывается на заключении эксперта.

Вместе с тем, вектор судебной практики по вопросу о размере упущенной выгоды  определен Постановлением Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» и Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств». В силу названных документов расчет упущенной выгоды, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о взыскании упущенной выгоды. В таком случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Подводя итог, следует отметить, что судебная практика по взысканию убытков и упущенной выгоды – это сложная категория дел, по которой необходимо заранее готовить доказательственную базу.

Доказывание причинно-следственной связи между действиями причинителя убытков и самими убытками – это особо важный и определяющий момент, если судья будет убежден в ее наличии, то исход дела, скорее всего, будет положительным.

Если с размером убытков все понятно, т.к. это фактически понесенные и будущие расходы, то с размером упущенной выгоды все достаточно неопределенно и зависит от усмотрения судьи и надлежащих документально подтвержденных расчетов. Тем не менее, на первое место поставлено все-таки усмотрение судьи – иначе говоря, его субъективная оценка, которая может не совпадать с оценкой взыскателя.

Необходимо отметить, что все же есть положительные тенденции – это постепенное развитие законодательства в данном направлении, что способствует оптимизации процесса доказывания и взыскания убытков, включая упущенную выгоду, и делает последнее все более возможным.

Постановления Пленумов № 25 и № 7 данные тенденции подтверждают, и определенным образом регулируют дисбаланс между интересами взыскателей и причинителей вреда, что во многом увеличивает шансы на удовлетворение требований о возмещении убытков даже при отсутствии доказательств их точного размера.

 

[1]Фактология – это способ соединения фактов в целостность, позволяющую что-либо открывать, доказывать, обосновывать, распознавать.